«Зачем нам ледяные фигуры?! Ведь это могли быть спасенные жизни!»
Фото: Анастасия Хаски

Фото: Анастасия Хаски

Как встречают Новый год в онкологическом диспансере Костромы

Костромской онкологический диспансер открывает свои двери в 7:30. Сделано это специально, чтобы избежать очередей. Но попасть в первые ряды посетителей корреспонденту «Русской планеты» не удалось: у здания введено одностороннее движение, так что подъехать к нему непросто.

«Рак молодеет»

9 утра, около регистратуры огромная очередь — человек 30. Мужчин среди них всего пятеро. У некоторых в руках лишь паспорт с полисом, у остальных внушительных размеров папки.

В гардеробе вместе с номерком выдают бахилы. В расположенном рядом аптечном киоске женщина с очень короткой стрижкой покупает большую бутылку воды. «После химии сильно мучает жажда», — поясняет она. Подошедшая медсестра грозно предупреждает: «Надеваем бахилы!»

У окошка регистратуры начинается небольшая перепалка. До ссоры далеко, но споры начинают накалять обстановку:

- Можно, я только спрошу? — робко спрашивает женщина в синем платке.

- Знаете, сколько вас тут таких спрашивающих? — ворчит невысокая пожилая женщина. — А мы тут уже час стоим.

- Пропустите мужчину, он издалека приехал, — девушка пытается провести вне очереди еле двигающегося дедушку.

- Бессовестный, куда он без очереди полез! — не унимается женщина. Но остальные расступаются, и пожилой человек подходит сразу к медсестре.

- Мне бы на химиотерапию, — еле слышно говорит он, получает бланк и отходит.

Кто-то ждет молча, кто-то взволнованно говорит по телефону, кто-то делится переживаниями с рядом стоящими. Иногда на лицах можно даже заметить улыбку.

Наконец после оперативного совещания освобождается замглавврача по лечебной работе Сергей Чуриков. Он проведет корреспондента «Русской планеты» по диспансеру и развеет мифы, связанные с раковыми заболеваниями.

- Мы занимаемся лечением уже выявленных заболеваний. Предварительный диагноз должны ставить по месту жительства, — объясняет Сергей. — Чтобы вылечить, нужно выявлять на ранних стадиях. На поздних стадиях речь идет o продлении жизни. Вопрос только в том, будут это месяцы или годы.

Сергей Чуриков рассказывает, что идет тенденция к снижению смертности, но количество заболевших растет. Спровоцировать рак может все что угодно: от наследственности до плохого питания.

Мест не хватает. Онкодиспансер не раз попадал в различные программы по модернизации здравоохранения, так что оборудование почти полностью новое.

Заходим в кабинет маммографии. Врачи проводят обследование молочных желез пациентки на маммографе. В это же время на компьютере печатается заключение. Диагноз: посттравматический фиброз. Эта женщина радостно вздохнет — образование доброкачественное. Но везет не всем:

- Каждый год диагностируется около 300 случаев рака молочной железы. Всего же на учете с этим заболеванием состоит свыше 4 000 человек. А по всем видам заболевания — более 14 тысяч. Сам рак молодеет. В группы риска можно попасть и в 30, и в 40 лет, — говорит «Русской планете» заведующий поликлиникой при диспансере Владислав Король.

Первый камень в основание больницы был заложен еще в 1900 году. Раньше здесь была община Красного Креста. Сейчас с этим связаны определенные неудобства. В палате больше человек, чем хотелось бы.

Нужен новый корпус. Он уже построен, остались только отделочные работы. Но федеральные проекты пока не рассчитаны под строительство. Выделенные на модернизацию деньги нельзя потратить на бытовые нужды, их можно использовать только на покупку нового оборудования.

Новый корпус ждут уже не первый год. Удастся ли переломить ситуацию в ближайшие годы, никто не знает. Это тот случай, когда врачи бессильны.

«Я знаю, что уже не вылечусь»

Люди, оказавшиеся в этом месте, не хотят публичности. Даже между собой они не всегда говорят о своих диагнозах. Но слухи o том, что в диспансере находится журналист, распространились быстро, и среди пациентов нашлись добровольцы, желающие не столько рассказать o себе, сколько o сопутствующих проблемах. Главный врач онкологического диспансера Игорь Яблоков предупреждает, что вопросы больным должны быть очень корректными. Поскольку в отделение стационара решено было не идти, чтобы лишний раз не травмировать больных, разговор проходил в кабинете заведующего поликлиникой.

Вопреки моим ожиданиям, на лицах пациентов нет безнадежности и страдания. Наверное, это и есть внутренний стержень. Вот невысокая худощавая женщина. На голове платок, выглядит бодро.

Она приехала сегодня утром из Чухломского района. Очень хочется спать, но впереди череда анализов. Страшный диагноз ей поставили более 10 лет назад. Недавно болезнь опять дала o себе знать.

- Я знаю, что уже не вылечусь. Но и 3 года, и 5 лет хочется пожить. У меня ведь дети, внуки.

Она переживает, что уже на один день просрочила новый курс химиотерапии, а из-за вчерашней неявки ее место в стационаре отдали другому. Не смогла приехать из-за различных обстоятельств не только она. Всех не успевших вовремя разместят в отделении дневного пребывания, а затем переведут в стационар. Праздники они встретят на больничной койке.

- Не до них совсем, — говорит Ольга. — 21 день будем по стенке ходить с чудовищной одышкой и тошнотой. Хотя волшебства ждут все. Мы ведь в буквальном смысле тут боремся со смертью: стоим на краю бездны. И не нам решать — туда шагнуть или еще постоять.

Второй собеседник — человек в возрасте. Ивану 74, у него рак мочевого пузыря. Он торопится на процедуры, но очень хочет высказаться. Начинает с хорошего: врачи обходительны, медсестры вежливы. Но накопился у него и негатив:

- Людей здесь очень много, мест не хватает, палаты переполнены, ложиться некуда.

Иван с досадой отмечает грядущий конкурс ледяных скульптур в центре города:

- Зачем нам эти фигуры?! Ведь это могли быть спасенные жизни. Там, наверху, никто не думает o новом корпусе. А беда может коснуться любого. Область ведь большая. Раньше церкви строили всем миром, почему на здание так же не собрать деньги?

Никто не обсуждает диагнозов, не загадывает исход. Но и уныния стараются не показывать. Хотя для многих лишь одно слово в карте — приговор. Недаром в диспансере работает штатный психолог.

Есть ли жизнь после операции

Психологическая помощь необходима и после хирургических вмешательств. Рак — это не та болезнь, в отношении которой можно сказать, что человек излечился. Она будет сопровождать его всю оставшуюся жизнь и только ему решать, как она пройдет.

В Костроме седьмой год успешно работает программа «Женское здоровье», одним из проектов которой является создание групп поддержки для женщин, перенесших мастэктомию. Удаление молочной железы — сильнейший стресс, преодолеть который в одиночку может далеко не каждая.

В последние дни декабря на базе санатория «Автомобилист» прошла внеплановая встреча, посвященная приближающемуся Новому году. Собралось около 20 женщин, желающих поздравить друг друга с праздниками. Привлекательные, жизнерадостные — и не скажешь, что они живут с таким диагнозом.

- После лечения начинаешь смотреть на мир абсолютно по-другому. Такую любовь к жизни не у каждого здорового встретишь. Происходит полная переоценка всего. Многие считают, что раз человек болен раком, то он уже отработанный материал. Да, в какой-то степени нас можно назвать инвалидами, но мы такие же люди. Мы работаем, у нас есть семьи, — говорит Ольга, староста одной из групп взаимопомощи.

Звон бокалов. Врач разрешил 200 граммов сухого красного вина в день. Не больше.

Координатор проекта в Костроме Елена Лебедева рассказывает, о трех группах взаимопомощи, в них больше 70 женщин. Они встречаются раз в месяц. Это своеобразный кружок по интересам: совместные путешествия, творчество, культпоходы, а самое главное — поддержка тех, кто только проходит лечение в диспансере.

- Есть те, кто ходят постоянно. Они — наш актив. Некоторые уходят: кто-то умирает, кто-то погружается в семейные дела. Но по-прежнему группа в Костроме считается самой многочисленной во всей стране. На сегодняшний день программа «Женское здоровье» реализуется в 8 городах России, но при этом продолжает осваивать новые регионы.

В комнату входит заведующая лечебным отделением санатория Татьяна Веребская. Ее встречают продолжительными аплодисментами. Благодаря ей и директору санатория реализована программа реабилитации женщин, перенесших заболевание.

Татьяна рассказывает, что «внедрение в жизнь» медицинской реабилитации онкологических больных стоило титанического труда. Потом надо было найти санаторий, чтобы разместить женщин. Затем врачей необходимой квалификации. Власти поддержали, так на территории «Автомобилиста» и возник санаторий.

Реабилитационная путевка стоит около 19 тыс. рублей, ее полностью оплачивает администрация Костромской области. С октября 2013 года поддержку проекта групп взаимопомощи программы «Женское здоровье» оказывает Фонд Олега Дерипаски «Вольное дело».

- Проведенная операция — сильнейший стресс для женщины. Помимо психологического состояния, ее сопровождают физиологические последствия. Это и отек по всему телу, и затрудненные движения рук. Мы проводим комплексную реабилитацию, возвращая к полноценной жизни.

Кострома-2014 Далее в рубрике Кострома-2014Корреспондент «Русской Планеты» выясняла, чего ждать в новом году Читайте в рубрике «Титульная страница» Зураб Соткилава: «Смерти нет!»Ушел человек-легенда, подаривший минуты подлинного счастья любителям оперы Зураб Соткилава: «Смерти нет!»

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Дискуссии без купюр.
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в обсуждениях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»